Вверх страницы
Вниз страницы

Карибский круиз: последняя ставка

Объявление






Внимание! Ролевая подошла к логическому завершению.
• Выложены интересные факты о ролевой, антология постов-победителей конкурсов и последние игровые события .
Обновление от 14.05.2015:
Ищите нас на:


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Разбитый самолет

Сообщений 21 страница 29 из 29

21

- Но это уже не важно, тем более здесь. Что прошло, мне уже не интересно. Сожалеть и раскаиваться – это бессмысленные занятия.
Как говорил сержант Махоуни на курсах физической подготовки, "Че, слишком умный, да? Упал, отжался, епт!"
О нет, Джейк занимался этим постоянно, не осознавая, что настоящее чувство тотальной задницы придет на десятом дне круиза неизвестно где посреди джунглей в обломках самолета. А может это не настоящее? Что же тогда говорить о Камилле, которая теперь совсем не снилась ему... Он практически прекратил думать о ней как-то иначе, кроме как в контексте крушения и поиска настоящего убийцы.
Тереза рассказала о том, кем был Алекс, но Зиму почему-то казалось, что этот парень не был просто другом, а еще стал причиной теперешнего состояния девушки. В любом случае, он не станет спрашивать.
Сейчас Джейк оторвался от обшивки, повернул весь корпус к Доэрти, лицо его было сосредоточенным, между бровями появилось несколько глубоких морщин.
Она аккуратно коснулась его груди:
- Помнишь, тогда, перед самым крушением, мы были на корме, и ты сказал мне, что я лицемерна. Ты до сих пор так считаешь? 
Да, он много чего сказал, он был зол, он только-что проснулся, а Тереза любезно вылила на него ведро грязи.
- Твоя скорбь по Камилле так лицемерна. Сколько вы были знакомы? Четыре или пять дней? И тебе ее, наверное, тааааак не хватает. Ты ведь не о ней жалеешь. А о том, что ее рядом с тобой нет. Как эгоистично.
Будем честны друг с другом, это не самое худшее из того, что приходилось от нее слышать. Никакого мыла на свете не хватило было, чтобы вымыть этот рот.
Он поймал ее руку, накрыл ладонь своей, прижимая  к груди, поглаживая белую кожу большим пальцем.
Нет, теперь я считаю лицемерным себя, - Джейк все также серьезно смотрел на Терезу. Это только мой эгоизм, все всего-лишь мой эгоизм. Я хотел спасти тебя потому, что ты была права, поэтому запихнул в шлюпку в тот вечер. Я не хотел, чтобы погибла та женщина или те двое в спасательной лодке. Я не хотел, чтобы Дайон нажала на курок, не хотел, чтобы умерла Мод. Также, как не хотел бы, чтобы ребенок остался без матери на острове... Ты права, это всего лишь мой эгоизм, мои желания, - он отпустил руку Терезы. Я уже не знаю, что нас с ней связывало за всеми этими желаниями, я перестал думать о ней. И теперь не знаю, возможно однажды я все это выдумал... - он отвел взгляд и прошел в глубь в креслу, на которое сел, проведя ладонью по лицу.
Еще я, кажется, обещал тебе грубый секс...как-нибудь в другой раз, - ладонь задержалась на глазах, Зим  откинулся на спинку сиденья, переместил руку за голову.
А что же ты? Не поменяла свое мнение? Как ты там говорила? Тряпка, эгоист, лицемерный...что-то еще там было...ах, да: я оправдываюсь перед собой за смерть других, которых не смог спасти и поэтому ты собиралась "не шевелить ни одним пальцем ради меня".

+1

22

Тереза смотрела ему в лицо и думала о том, что склонность к сарказму, оказывается, передается половым путем. И когда он вдруг заговорил о Камилле, словно прочитал ее мысли, ей не оставалось ничего, кроме как молча слушать.
Странно… солнца нет, а налицо солнечный удар.
Тереза повернулась вслед за движением Джейкоба, скрестила руки на груди, когда он сел. Собственно, вся эта тирада звучала как одно большое, развернутое, аргументированное «да» в ответ на ее вопрос. Что ж, она знала, что люди не меняются. Меняется только отношение к ним. Но не в этом случае – сейчас все осталось по-прежнему. С другой стороны, она и не надеялась, что пара фрикций решит проблему. Секс никогда не может быть ни решением, ни ответом.
Она не будет оправдываться или утешать его, если он рассчитывает на это. Тереза выждала паузу, повернула голову в профиль к нему, последила за дождем. Когда дождь кончится, кончится и это.
- Ну, я сдержала свое слово, - наконец она ответила, почти с вызовом, смело посмотрев ему в глаза. – Не пошевелила ни одним пальцем.
Это не было правдой. Это настолько не было правдой, что было меганеправдой. Но какой смысл пытаться изменить мнение о себе, доказать что-то человеку, который считает тебя лицемеркой. Терезу называли ужасными именами – идиоткой, предательницей, шлюхой, Луизой… но вот лицемерной – никогда. Особенно странно это слышать от человека, которого любишь.
Черт… Оказывается, это больно.
Она смотрела на него через весь салон, и понимала, что сейчас можно изменить все, что если она попробует вернуть близость, он не будет возражать, что этот мужчина – хотя бы на день – может быть ее, что он – настоящий шедевр на фоне мазни. Но ближе ей, казалось, не позволяло подойти нечто, что составляло всю основу Терезы Доэрти.
Тереза прикрыла глаза, понимая, что она в тупике. Глубоко вдохнула. Она была несчастной не сейчас, а вообще – в жизни, потому что у нее хватало сил принимать сложные решения. Ведь те, у кого это не получалось, за такие решения никогда не расплачивались. И все ее сложности – они ведь в голове, надуманные, вопрос лишь в том, что это ее голова.
Она должна была сказать правду:
«Я могу представить тебя с любой женщиной, которая сейчас там, в лагере. Больше того, я могу представить тебя даже с теми, кого ты не знаешь… Но я не могу даже вообразить нас вдвоем».
Тереза открыла глаза.
- Мое мнение невысоко обо всех людях, обо мне самой в первую очередь. Но я надеялась, что ты достаточно взрослый, чтобы судить о людях не по словам, а по поступкам.
Когда человек обладает мечтой, есть миллионы шансов, что будет все сбываться.
Она подошла к его креслу, благо неподалеку висела ее оставленная футболка. Протянула руку, убрала со лба мокрую прядь его темных волос. Потом уставилась на свою футболку. Вернее – на футболку Паркера. Ее-то осталась тогда у реки и исчезла в неизвестном направлении. Нужно было вернуть Джейку одежду сейчас, потом будет неудобно и даже как-то неловко.
- Дождь заканчивается, - она медленно сняла рубашку, положила ее на колени мужчине, - нам придется вернуться в лагерь.

+1

23

- Ну, я сдержала свое слово. Не пошевелила ни одним пальцем.
Действительно, пальцами она шевелила мало, – Зим поднял одну бровь.
Тереза стояла далеко, слова ее были еще более печальными, чем его. В какой-то момент ему стало стыдно. Какого черта Зим решил, что ему тяжело, а другим нет? Как он вообще может судить о других, даже зная историю об Алексе и о том, что:
- Мое мнение невысоко обо всех людях, обо мне самой в первую очередь. Но я надеялась, что ты достаточно взрослый, чтобы судить о людях не по словам, а по поступкам.
А я и сужу.
Вчера ее чуть не лишили жизни, вчера погиб один человек и как к ней на самом деле относилась Тереза, Зим не интересовался, он вообще был зациклен на своих чувствах, на своем героизме. Девушка подошла ближе, чтобы взять футболку Паркера. Он не смотрел на нее, Джейк уставился на дыру в корпусе и часть джунглей, которую было видно с этого угла.
На колени легла его рубашка...и что-то про дождь.
Он повернул голову в сторону Терезы, ладонь легла на ее живот, а затем переместилась на талию, притягивая девушку ближе. Зим поднялся с кресла, поставил на него колено и склонился к девушке, прижимая ее обнаженное тело к своему, коротко поцеловал в губы.
Я плохо понимаю подтекст, – он взял ее ладонь в свою, поднес к губам и поцеловал пальцы, - а действия...сегодня было первое и, – теперь прижимал ее ладонь к своей щеке, - я не знаю как ты примиришься с собой после него. Просто спасибо, что пришла, – Зим продолжал смотреть на Терезу, удерживая ее возле себя.
Я правда очень не хочу, чтобы тебе было плохо, – более честным с ней и с собой он уже не может быть.
Тереза заговорила о дожде, как о чем-то, что завершит их отношения, когда прекратится. Это было странно, но почему-то ему казалось также и хотелось возразить, чтобы снять чувство тревоги.
Не смотри на дождь, мы вернемся, когда захотим...

+1

24

Оооох, как можно быть таким слепым? Хотелось сказать что-то вроде «Я люблю тебя, дебил». Только Тереза ведь так и не успела надеть футболку. Она прижалась к мужчине, прикрыла глаза – точно так же, как он десять минут назад перед тем, как попросить воды. Разница лишь в том, что Терезе удержаться не удалось.
- С тобой мне лучше.
Впрочем, подмена понятий никогда не подводит. Она провела губами линию по изгибу подбородка к мочке уха. И вместо «я люблю тебя» всегда можно, не прогадав, сказать:
- Я хочу тебя, - тихо, на ухо.
И вот мы снова здесь. Тереза вела себя как школьница, которая думает одно, говорит второе, а делает третье. Вчера с ней произошло что-то, что не давало покоя. Тогда, на скале, не было ни восторга, ни предвкушения… Для кого-то это как раз нормально, но Тереза никогда не была нормальной. Ей всегда приходилось чутко прислушиваться к самой себе, чтобы не пропустить момент, когда крыша поедет окончательно.
Внимательный взгляд широко открытых глаз – они так часто и много смотрят друг другу в глаза, как будто общаются посредством всех этих взглядов, - чтобы убедиться: он тоже захочет.
Тело у Джейкоба было спортивным, а потому красивым. Тереза опустила взгляд, и уже не могла отвести его, зачарованная всей этой гармонией здоровья – сильных мышц, атлетичных пропорций…
О господи…
Тереза почувствовала, что нежность, разливаясь по телу, превращается в нечто большее, горячее, ждущее выплеска. Она резко, с шумом втянула воздух, как из боязни, что не хватит, и прижалась к его губам, сразу же скользнув языком в его рот. В голове всплыла фраза Джейка «грубо» и «в другой раз». Хм…
Её руки уже нашарили пуговицу на джинсах Джейка, пальцы лихорадочно расстегивали ее, что удалось только с третьей попытки.

+1

25

- С тобой мне лучше.  Я хочу тебя, – сказала Тереза, проведя губами от подбородка до его уха, а потом вопросительно заглянула в глаза.
Глупый вопрос! С ним все было ясно сразу же после первого раза. Из-за дождя было прохладно, но Зим вообще не чувствовал холода. Тело его грелось изнутри, от ее прикосновений, пальцы чуть-ли не дрожали. Он целовал Терезу горячо, обрывисто, словно хватая ртом воздух.  Зим подождал пока девушка справится с пуговицами на его брюках, помог спустить их,  ладони сжали ее ягодицы, он буквально втолкнул Доэрти в кресло, опускаясь перед ней на колени, принялся расстегивать пуговицу на джинсах, целуя живот.
Джинсы оказались на полу вместе с плавками и другой кучей сваленной в одном месте одежды. Зим чувствовал, что его сейчас порвет изнутри, если все не случится. Мужчина приподнял  Терезу, опуская ее на ворох скомканных вещей, ее ноги оказались у него на плеча, а он, в свою очередь, внутри ее, на этот раз быстро, резко, как-будто другого варианта выжить не оставалось.
На выпрямленных напряженных руках Джейк приподнялся над ней, интенсивно двигаясь какое-то время, а потом опустился на согнутых в локтях руках ближе к ее лицу, целуя Терезу горячо, глубоко проникая языком.
Движения стали более медленными, размеренными, но все равно все произошло быстрее, резче и грубее, чем в первый раз. Было много шума, иного мокрых затяжных поцелуев, кто-то кого-то, кажется, укусил даже.
Джейк завел ладонь за ее талию, заставляя девушку выгнуть спину и сильнее прижаться к нему, голова уперлась лбом в пол покрытый одеждой, на лбу отпечаталась пуговица, Зим выдохнул, расцепив зубы, с лица исчезли морщины, которые появились от напряжения.
Еще пару секунд, пару долгих сладких секунд...Он снова приподнялся на локтях, провел пальцами по губам Терезы, внимательно посмотрел на нее, чтобы убедиться, что она снова не потеряет сознание.
Ты в порядке? – каким бы глупым ни был вопрос, он сам еще тяжело дышал, так что проверить нужно было.

+1

26

Это был один какой-то сумасшедший порыв, при котором воздуха было слишком мало, а расстояния между ними – так много, что хотелось сократить его еще и еще. Тереза и  опомниться не успела, как они уже вплелись друг в друга внизу, на поросшем зеленью полу самолета. Сейчас она чувствовала себя… прекрасной. Красивой не только внешне, но и внутри, что вообще для нее было дикостью. Как будто прикосновения Зима поворачивали время вспять, превращая гнилое нутро плода в сочное и свежее.
Тереза хватала его за спину, впивалась пальцами в упруги мышцы. Влага их кожи смешивалась, Тереза стала скользкой, блестящей, терпкой… Хотелось прочувствовать его еще глубже, во всей полноте и силе, на которую он только способен – при этом в какой-то момент голова ее закружилась, как при нехватке кислорода.
- О боже, - Тереза прогнулась к нему, ее ноги, теперь обвиты вокруг его талии, сжались сильнее, как в судороге, тело задрожало, будто по нему пропустили ток.
Тереза вцепилась в него с силой, которую и не подозревала в себе, и на несколько секунд, как ей показалось, даже полностью оторвала спину от пола.
Она откинулась назад. Жадно хватала воздух. Ее рот, и так большой, распух и покраснел от множества поцелуев. Волосы растрепались. Взгляд блуждал где-то по крыше салона, но так, словно видел сквозь нее.
Звук его голоса привел Терезу в себя. Она поймала губами его большой палец, чуть сжала зубами, коснулась подушечки кончиком языка.
- Да… А ты? - она улыбнулась, выпустила его палец изо рта, потянулась головой вперед, чтобы ухватить последний, мягкий поцелуй.
Джейкоб пробуждал в ней что-то животное,  связанное с самыми низменными нашими инстинктами – с ним хотелось делать все, о чем открыто говорят только в интернете или в барах на бульваре Сансет. Все эти вещи, влажные и скользкие, от которых старина Фрейд пустился бы в пляс. Речь не шла о чем-то из ряда вон выходящем – Тереза тем более никогда не была одержима сексом. Зим вообще был первым, с кем она занималась этим так самозабвенно, с полной эмоциональной отдачей и всем желанием, на которое способна.
Но ей не хотелось, чтобы он об этом знал. Сейчас вдруг она почувствовала себя уязвимой, полностью раскрытой, как улитка, вытащенная из раковины и распластанная на песке.
Её дыхание наконец стало спокойным и тихим. Все, чего она не замечала во время занятия любовью – например, пуговицу с ширинки, впившуюся ей в задницу, - теперь вдруг начало возвращаться, напоминая, что реальность отступает, но не уходит.

Отредактировано Teresa Doherty (2012-07-02 13:47:33)

+2

27

- О боже... - еще женщины любили коверкать имя во время оргазма.
Организм настолько сжимался, а потом расслаблялся в судорогах, что выговорить его правильно просто не удавалось. Было у Зима одна барышня, которая кричала "Мама, мамочка" перед самым моментом, они быстро расстались, но молодой коп еще долго получил пьяные ммски с буферами зеленоглазой Синди Басс.
Сейчас не об этом, совсем не об этом, а о них двоих. Чем больше времени после секса проходило, тем меньше он узнавал девушку, которая была с ним. Ну, в данном случае под ним, но не суть.
Лицо Терезы менялось, а он продолжал все также нежно смотреть на нее. Скомканные вещи были совсем неудобным ложем, Зим поднялся, оттолкнувшись от пола, уселся на джинсы, потянул за собой Терезу, усаживая ее себе на ноги.
Я? - он засмеялся, обнимая Терезу, на лбу красовались два силуэта пуговиц продавленных на коже. Я чувствую себя как мой племянник Генри, который только-что побил сестру в икс-бокс, или как племянница Джилли, которая только-что сказала моей секретарше, что у той грудь фальшивая...Если бы ты это видела, ты поняла бы о чем я, - да, он думал о том, как познакомит ее с семьей во второй раз.
Нет, это не секс разжижал мозг Зима, просто он соединял две вещи, делающие его счастливым в голове. Он четко представлял все это у себя в голове,он был ванильной девочкой восьмиклассницей... Полицейская академия, курсы борьбы, бокс, крав мага, полигон, тир, задержания, стрельба по подозреваемым, ранение, драки...Нет, Зим определенно не был ванильной девчонкой, просто он стремился к счастью, как и все нормальные люди.
Тереза, - никак в голову не приходили ласковые уменьшительные или анималистические сравнения, они все фальшивка, - если ты думаешь, что мое мнение о тебе не поменялось, это не так, - он гладил ее волосы, щеки, скулы, смотрел в большие красивые глаза, как у детеныша оленя, в голову почему-то лезли ассоциации с Бэмби.
Зим коснулся губами кончика ее носа, потом поцеловал губы, едва прижавшись к ним своими. Дело не сексе, - хотя и в нем, конечно, тоже, - и не в благодарности, - хотя и в ней, наверняка, тоже, - а в том, что...
Он не заметил как дождь стих, в джунглях было невероятно тихо и треск ломающейся ветки прозвучал как удар в гонг. Зим прижал Терезу к себе и обернулся.

+2

28

В такой момент стоило бы оторваться от самокопания, чтобы, как обычно говорят, "расслабиться и получать удовольствие". Тереза пыталась, она действительно старалась.
Сидеть в его объятиях было как-то... особенно ценно, что ли. Такое простое действие, но интимное очень. Джейкоб говорил, и его явно несло в какие-то дали - Тереза не удержала покерфейс и, когда речь зашла о племянниках, округлила глаза и уставилась на него.
- Джейкоб, - прозвучало как "притормози". – Ты только что сравнил секс с игрой на икс-боксе?
Конечно, она поняла, что все шло к тому, чтобы обозначить имена его племянников. Но это в корне расходилось с намерениями Терезы. Не будет у них этого. Она никогда не увидит, как эта злая девочка хамит секретарше, не будет никаких других вещей, которыми люди занимаются помимо секса - может, это все еще ждет Джейка, но не ее.
Тишина не была абсолютной - на острове, среди природы, никогда не было полного отсутствия звуков: пели птицы, шуршали ветки, бились волны о берег, если ты был невдалеке от пляжа. Так было и сейчас. Но уже не хватало конкретного звука, самого важного для нее здесь, в данный момент - звука капель, разбивающихся о ветки. Дождь кончился.
Тереза тоскливо смотрела на дыру в корпусе самолета, словно на окно в другой мир, и внутри у нее что-то умирало. Она с трудом перевела взгляд на Зима. Кажется, по ее лицу все было понятно.
- Мы должны вернуться в лагерь (?) - прозвучало почти вопросительно. – Тебя наверняка уже потеряли.
Джейкоб Зим, бывший полицейский, лучший друг Тилмана, негласный лидер лагеря, всегда был нужен всем - больным, голодным, замерзшим, Тилману. Но никто даже не подозревал, что, может быть, Терезе он был нужен гораздо больше.
Обнять его, крепко прижать к себе и сказать: мы никому ничего не должны. Давай забудем о них и уйдем куда-нибудь, где будем только ты и я.
Это глупость и утопия, она это знала, потому и промолчала. Возможно, для нее такой исход был бы приемлем, но не для Зима. Это не тот мужчина, который может принадлежать. И, раз уж на то пошло, Тереза - не та женщина, которая может обладать.
Поэтому вместо того, чтобы сделать самую разумную вещь в своей жизни, Тереза поднялась, однако медленно, положив руку на плечо Джейкоба.

>>> Лагерь

Отредактировано Teresa Doherty (2012-07-15 11:20:52)

+1

29

- Джейкоб, ты  только что сравнил секс с игрой на икс-боксе?
Что?.. – он рассеянно посмотрел на Терезу и снова перевел взгляд на дыру в корпусе. Нет... – он вообще говорил о другом, а звук как-то сбил с мысли и теперь, когда мужчина смотрел на девушку, с мысли сбивали ее грустные глаза.
Не бойся, это какое-то животное, – она не боялась, было что-то другое, - эээ, что-то не так?
Ей не понравилось упоминание о родственниках? Возможно, люди не любят, когда кого-то слишком много, а Терезе, судя пов сему, вообще было сложно мириться с происходящим.
Зим сконфузился и отвел взгляд, отчетливо осознавая себя идиотом. Потом он усмехнулся, покачал головой, провел ладонью по позвоночнику Терезы, чтобы как-то снять напряжение.
Тебе не нужно запоминать это, если не хочешь, – он все также улыбался.
Дождь закончился, джунгли дышали прохладой, Джейк снова слышал пение птиц, которые выбрались на ветви деревьев после ливня. Пробираться к лагерю сейчас будет просто сказочно удобно по размякшей почве, под струями воды, скатывающимися с широких листьев им на головы. Он отчетливо представил себе террасу где-то за городом и их вдвоем. В таком случае можно наплевать на все и на всех, когда ты ничего не должен и тебя никто не ждет.
Зим покосился на рюкзак с фруктами и две грозди бананов, которые лежали у кресла подальше от своеобразного входа. Его ждали с этим в лагере, возможно какие-то шалаши не устояли, людям нужны была помощь. Детектив очень надеялся на Тилмана, но опять же, их могли не досчитаться. Черт! Нужно было поменяться очередью с кем-нибудь.
- Мы должны вернуться в лагерь. Тебя наверняка уже потеряли.
Три тысячи чертей! Совсем недавно он сказал ей не беспокоиться о дожде, потому что они могут вернуться когда захотят. Снова появилось чувство тревоги, будто в лагере все изменится. Зим еле заметно покачал головой, отгоняя эти мысли. С чего он вообще так решил?
Не дожидаясь ответа, Тереза поднялась, положив руку ему на плечо.
Да, нужно отнести еду, – он накрыл ее ладонь своей, поднялся и поцеловал блондинку в губы.
С трудом оторвавшись, Джейк поднял свою одежду, вернул ее на свое тело, изредка поглядывая на одевающуюся Терезу. Рюкзак оказался за плечами, связка бананов на левом плече, он коснулся спины Доэрти, провел ладонь вверх и задержал ее.
Готова? Пошли, – Зим улыбнулся, подошел к краю самолета, спрыгнул вниз на заросшую травой почву, подал руку девушке и, не отпуская ладонь, повел ее в сторону лагеря.
------ > Лагерь

+1



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC